С П Р А В К А

по результатам обобщения апелляционной практики рассмотрения гражданских дел, связанных с возмещением убытков, а также взысканием компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями (решениями) государственных органов.

В соответствии с планом работы Псковского областного суда на 1 полугодие 2023 года был проведен анализ практики рассмотрения судами Псковской области гражданских дел о возмещении убытков и взыскании компенсации морального вреда, причиненных неправомерными действиями (решениями) государственных органов за 2022 год.

Целью изучения практики рассмотрения апелляционных жалоб на решения судов первой инстанции по указанной категории гражданских дел является проверка законности и обоснованности их вынесения, выявление ошибок, допускаемых судами при разрешении таких споров, а также использование результатов обобщения для устранения недостатков в дальнейшей работе.

Всего в 2022 году судами области было рассмотрено 39 дел анализируемой категории с вынесением решения по существу спора.

Из них 10 дел были обжалованы в апелляционном порядке.

По всем делам, рассмотренным в апелляционном порядке, истцами являлись граждане, которыми предъявлялись следующие требования:

- о взыскании убытков, компенсации морального вреда, причиненных незаконным привлечением к административной ответственности – 6 дел,

- о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности - 2 дела,

- о признании незаконными действий должностных лиц и взыскании компенсации морального вреда – 2 дела.

Ответчиками по указанным делам, помимо финансового органа, представляющего казну Российской Федерации (Министерства финансов Российской Федерации), являлись главные распорядители бюджетных средств: Министерство внутренних дел Российской Федерации, Следственный комитет Российской Федерации, Генеральная прокуратура Российской Федерации, Федеральная служба судебных приставов, Федеральная таможенная служба, и их территориальные органы.

Анализ дел, рассмотренных в апелляционном порядке, позволяет сделать вывод о том, что в основном суды при разрешении заявленных требований правильно разрешают вопросы о круге ответчиков, предмете доказывания, а также правильно применяют нормы действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения.

Взыскание компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Статьей 2 Конституции РФ закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части второй статьи 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 данного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Так, Л. обратился в суд с иском о компенсации морального вреда, в котором просил взыскать с Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере 5 000 000 рублей.

В обоснование иска указано, что приговором районного суда он был признан виновным по ч. 3 ст. 260 УК РФ и ему было назначено наказание в виде лишения свободы условно с испытательным сроком, на период которого возложены определенные обязанности. Судом апелляционной инстанции указанный приговор был отменен, а дело направлено на новое рассмотрение, по результатам которого Л. был оправдан на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления с признанием права на реабилитацию. Оправдательный приговор судом апелляционной инстанции оставлен без изменения и вступил в законную силу.

Решением районного суда исковые требования Л. удовлетворены частично.

С Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Л. взыскана денежная компенсация морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 350 000 рублей.

Удовлетворяя исковые требования Л., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку факт его незаконного уголовного преследования подтвержден материалами дела и ответчиками не оспаривался.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел индивидуальные особенности истца (его возраст; состояние здоровья); привлечение к уголовной ответственности впервые; длительность уголовного преследования; количество следственных действий в период предварительного следствия и судебных заседаний в суде первой и апелляционной инстанции; тяжесть предъявленного обвинения по ч.3 ст.260 УК РФ, относящегося к категории тяжких преступлений; длительное применение в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, ограничивающей конституционные права Л. на свободу передвижения и неприкосновенность личной жизни; применение меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на его имущество в виде транспортных средств; факт распространения сведений о привлечении истца к уголовной ответственности по месту работы и иным лицам; отсутствие принесения официального извинения и соответствующего сообщения по месту работы.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев апелляционную жалобу Министерства финансов Российский Федерации, в которой ставился вопрос об уменьшении размера компенсации морального вреда, согласился с выводами суда первой инстанции, оставив решение без изменения (дело №).

Взыскание ущерба и компенсации морального вреда, причиненных незаконным привлечением к административной ответственности.

К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, относится, в частности, возмещение убытков, под которыми понимаются в том числе расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления своего нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания, не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. Поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании статей 15, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу убытки возмещаются при наличии вины причинителя вреда.

Вместе с тем, убытки, понесенные в связи с восстановлением права лицом, в отношении которого производство по делу было прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление, по существу является возмещением судебных расходов.

При взыскании расходов на оплату услуг представителя как убытков, понесенных лицом при незаконном привлечении к административной ответственности, суд вправе по аналогии со статьей 100 ГПК РФ уменьшить их размер в разумных пределах (п.22 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации N2 (2022), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.10.2022) .

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 г. N 36-П также указано, что положения статей 15, 16, 151, 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) государственных органов или их должностных лиц или наличия вины должностных лиц в незаконном административном преследовании.

С. обратился в суд с иском к МВД России о взыскании убытков, причиненных в результате незаконного привлечения к административной ответственности.

В обоснование указал, что в отношении него инспектором ДПС был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ – за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения.

Постановлением мирового судьи он был признан виновным в совершении указанного правонарушения и лишен права управления транспортным средством на 1 год 7 месяцев со штрафом в размере 30 000 руб.

В дальнейшем решением районного суда постановление мирового судьи было отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно было вынесено.

В связи незаконным составлением в отношении истца протокола об административном правонарушении он понес убытки - расходы на оплату услуг защитника в размере 60 000 руб., которые просил взыскать с ответчика за счет казны Российской Федерации, а также 2 000 руб. судебных расходов, понесенных по настоящему делу.

Представитель МВД России иск не признал, указав, что сотрудник ДПС действовал в рамках предоставленных ему полномочий и имел право составить протокол об административном правонарушении, его действия истцом не оспаривались. Также указал на чрезмерность понесенных С. расходов.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен частично. С МВД России за счет средств казны РФ в пользу С. взысканы убытки в размере 50 000 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Судебная коллегия с таким решением согласилась, указав, что суд пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска. Размер подлежащих возмещению убытков в виде расходов на оплату услуг представителя был определен судом правильно, с учетом сложности дела, времени, затраченного на его рассмотрение, объема оказанных услуг, а также требований разумности и справедливости (дело №).

Аналогичным образом судом первой инстанции были разрешены исковые требования Ф. к Министерству финансов РФ и Генеральной прокуратуре РФ о взыскании убытков, причиненных в результате незаконного привлечения к административной ответственности, и компенсации морального вреда.

Поводом для обращения Ф. в суд послужило вынесение прокурором в отношении истца двух постановлений о возбуждении двух дел об административных правонарушениях по ч.7 ст. 5.27 КоАП РФ. Судебными постановлениями производство по указанным делам было прекращено: в первом случае – в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление о привлечении Ф. к административной ответственности, во втором - в связи с отсутствием в его действиях состава правонарушения.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, иск Ф. также был удовлетворен частично. С Генеральной прокуратуры за счет средств казны РФ в пользу Ф. взысканы убытки в размере 40 000 руб., компенсация морального вреда и судебные расходы в виде госпошлины (дело №).

При разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда по указанным категориям дел судам необходимо учитывать следующее.

Основания возложения на нарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда определены в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", требования о возмещении морального вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности, подлежат рассмотрению в соответствии с гражданским законодательством в порядке гражданского судопроизводства.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 г. N 36-П указано, что восстановление нарушенных прав и свобод лиц, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, может сопровождаться требованием такими лицами компенсации причиненного им в результате административного преследования морального вреда.

Согласно статьям 151, 1064, 1070 и 1100 ГК Российской Федерации причиненный гражданину моральный вред (физические или нравственные страдания) компенсируется при наличии вины причинителя такого вреда, за исключением случаев, предусмотренных законом. Применительно к случаям компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, это означает, что в системе действующего правового регулирования компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц во всяком случае, когда к гражданину было незаконно применено административное наказание в виде административного ареста либо он незаконно был подвергнут административному задержанию на срок не более 48 часов в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест (с учетом того что административное наказание в виде исправительных работ, также указанное в абзаце третьем статьи 1100 ГК Российской Федерации, в настоящее время законодательством об административных правонарушениях не предусмотрено).

Такое законодательное решение вопроса о порядке компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к административной ответственности, исходит из необходимости повышенной правовой защиты свободы и личной неприкосновенности граждан (статья 22 Конституции Российской Федерации). При незаконном применении к гражданину вследствие привлечения к административной ответственности иных - не затрагивающих эти ценности - мер административного принуждения гражданин не лишен возможности использовать общие основания и порядок компенсации причиненного морального вреда, предусмотренные статьями 151 и 1064 ГК Российской Федерации.

Таким образом, указанные выше правовые нормы допускают возможность удовлетворения требования о компенсации морального вреда лица, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено, при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.

Аналогичная правовая позиция по указанному вопросу закреплена в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (пункты 37-45).

Примером правильного разрешения таких требований является гражданское дело по иску О. к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной таможенной службе России и Псковской таможне о взыскании убытков и компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что в связи с незаконным привлечением к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 16.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях, истец понес убытки в размере 110 000 руб., связанные с оплатой услуг адвоката, принимавшего участие в деле. Причиненный незаконным возбуждением дела об административном правонарушении моральный вред истец оценил в сумме 10 000 руб., который также просил взыскать в его пользу с ответчиков.

Решением суда первой инстанции иск О. удовлетворен частично.

С Российской Федерации в лице Федеральной таможенной службы России за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., убытки в размере 45 850,88 руб. и судебные расходы по уплате государственной пошлины, в остальной части иска отказано.

Поскольку судом первой инстанции была установлена неправомерность действий должностного лица таможенного органа при производстве по делу об административном правонарушении, что повлекло в дальнейшем прекращение дела за отсутствием в действиях О. состава административного правонарушения, и в связи с незаконным привлечением истца к административной ответственности, были нарушены его личные неимущественные права, в том числе и право на доброе имя, то судебная коллегия согласилась с выводом суда о наличии оснований для компенсации морального вреда, размер которой был обоснованно определен судом исходя из объема нарушенных прав истца (дело №).

По ряду дел суды области отказывали в удовлетворении требований истцов о взыскании компенсации убытков и морального вреда государственных органов ввиду отсутствия правовых оснований для такого взыскания.

Так, А. обратилась в суд с иском к Министерству внутренних дел Российской Федерации о возмещении за счет средств казны Российской Федерации материального и морального вреда, причиненного в результате незаконных действий.

В обоснование требований указано, что в результате дорожно-транспортного происшествия с участием транспортных средств под управлением Н. и супруга истца - А., истцу был причинен легкий вред здоровью.

На месте ДТП в отношении водителя Н. было возбуждено дело об административном правонарушении по ч.1.1 ст. 12.14 КоАП РФ, которое в последствии было прекращено за отсутствием в действиях Н. состава административного правонарушения.

В отношении супруга истца – водителя А. также было возбуждено дело об административном правонарушении по ч.1 ст.12.24 КоАП РФ, производство по которому постановлением городского суда было прекращено за отсутствием в действиях А. состава административного правонарушения.

В дальнейшем по заявлению защитника А. был составлен протокол по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении второго водителя - Н., который в итоге был привлечен к административной ответственности по указанной статье КоАП РФ постановлением городского суда, вступившим в законную силу,

По утверждению истца необоснованное вменение в вину ее супругу совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, указание на него как на причинителя вреда истцу, а также отсутствие действий по установлению действительно виновного лица в причинении истцу травмы, нарушили личные права и нематериальные блага истца, как потерпевшей и супруги А., что причинило ей моральный вред и повлекло необходимость обращения за юридической помощью.

Оценив все представление доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для взыскания с МВД РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца понесенных убытков и компенсации морального вреда, поскольку доказательств наличия причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) сотрудников полиции и наступившими для истца последствиями в виде убытков и морального вреда в материалы дела не представлены. Каких-либо незаконных действий (бездействия) со стороны сотрудников полиции в отношении истца, как потерпевшей, при производстве дела об административном правонарушении совершено не было (дело №).

По другому делу истец Д. обратилась в суд с иском к прокурору Псковской области, начальнику ОМВД России по Псковскому району, Министерству внутренних дел России, Генеральной прокуратуре Российской Федерации о признании незаконными действий и ответа на обращение, взыскании компенсации морального вреда.

Свои требования Д. мотивировала тем, что ее заявление о преступлении, совершенном О. в отношении ее собственности, рассмотрено должностными лицами ОМВД России по Псковскому району ненадлежащим образом, без проведения проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

В этой связи она обращалась с жалобами на действия должностных лиц ОМВД в прокуратуру района и прокуратуру Псковской области.

По результатам рассмотрения жалоб истцом получен ответ прокуратуры Псковской области об отсутствии поводов для проведения проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ по ее сообщению о преступлении.

Не согласившись с указанными действием начальника ОМВД России по Псковскому району и ответом прокурора Псковской области, истец Д. просила признать их незаконными и взыскать с Российской Федерации в лице МВД России и Генеральной прокуратуры РФ солидарно за счет средств казны РФ компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Районный суд, рассмотрев дело по существу, пришел к обоснованному выводу о законности действий начальника ОМВД России по Псковской области, ответа прокурора Псковской области, а также об отсутствии предусмотренных законом оснований для компенсации морального вреда в связи с отсутствием доказательств, подтверждающих незаконность действий должностных лиц по рассмотрению сообщения Д., которое было рассмотрено в установленные законом сроки с проведением соответствующих проверочных мероприятий, надлежащими должностными лицами, действующими в пределах их полномочий.

Судебная коллегия согласилась с выводами суда первой инстанции (дело №).

Вместе с тем, судами области по ряду дел были допущены ошибки, повлекшие отмену (изменение) итоговых судебных постановлений.

Основаниями для отмен (изменений) решений судов первой инстанции по анализируемой категории дел в 2022 году явились:

-недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела,

- несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении, обстоятельствам деда

- существенное нарушение норм процессуального права, которое привело к принятию неправильного решения.

По одному делу судом было вынесено решение о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением истца к административной ответственности без разрешения вопроса о наличии вины государственных органов или их должностных лиц.

Так, Г. обратилась в суд с иском к Генеральной прокуратуре РФ о взыскании материального ущерба, понесенного на оплату юридических услуг представителя в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении в размере 15 000 рублей и компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей.

В обоснование иска указано, что на основании вынесенного заместителем прокурора района постановления о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренного ч.1 ст.5.61 КоАП РФ, постановлением мирового судьи Г. была признана виновной в совершении указанного административного правонарушения с назначением административного наказания в виде штрафа.

Решением районного суда указанное постановление отменено, производство по делу прекращено за отсутствием в действиях Г. состава административного правонарушения.

В связи с судебным разбирательством в рамках дела об административном правонарушении истцом понесены расходы на оплату юридических услуг представителя. Также вследствие незаконного привлечения к административной ответственности истцу причинены нравственные страдания.

Судом первой инстанции постановлено решение о частичном удовлетворении исковых требований: с Российской Федерации в лице Генеральной прокуратуры РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу Г. взысканы в счет возмещения материального ущерба денежные средства в размере 15 000 рублей и компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 151 ГК РФ в ее взаимосвязи со статьями 15, 16, 1069 и 1070 данного Кодекса, а также Постановлением Конституционного Суда РФ от 15.07.2020 № 36-П, указал, что для взыскания компенсации морального вреда за счет казны в случаях прекращения производства на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, необходимо установить виновность органов государственной власти или их должностных лиц в незаконных действиях (бездействии), так как указанный случай привлечения лица к административной ответственности не отнесен законом к ситуациям, когда компенсация морального вреда взыскивается без вины (ст. 1100 ГК РФ).

Вместе с тем, судом первой инстанции указанные положения учтены не были, вопрос о виновности должностного лица, принявшего решение о привлечении Г. к административной ответственности, на обсуждение не ставился, выводов о наличии вины органов прокуратуры решение суда не содержит.

Судебная коллегия отметила, что при привлечении Г. к административной ответственности должностными лицами прокуратуры не были нарушены нормы законодательства, повод для возбуждения дела об административном правонарушении, предусмотренный п. 3 ст. 28.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях имелся - обращение В. Была проведена надлежащая проверка, в ходе которой опрошены все участники происшествия. Сообщенная потерпевшим информация о неприличном жесте в адрес В. со стороны Г. подтвердилась и не оспаривалась истцом. Прокурор, в соответствии с внутренним убеждением, вынес постановление, которое входит в его компетенцию. Мировой судья согласился с оценкой прокурора действий Г. как оскорбительных. Иная оценка, данная районным судьей умыслу Г. при демонстрации указанного жеста, которая относится к внутреннему субъективному убеждению судьи, не может являться подтверждением незаконности действий прокурора.

При таких обстоятельствах в связи с отсутствием вины должностного лица суд апелляционной инстанции не нашел оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца, отменил решение суда первой инстанции в указанной части и вынес новое решение об отказе в удовлетворении этого требования (дело №).

По другому делу судом не были учтены все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения заявленных требований.

М. обратился с иском к Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в порядке реабилитации.

В обоснование иска указал, что по факту смерти И. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ. М. был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ, ему предъявлено обвинение в совершении данного преступления. В течение трех месяцев М. содержался под стражей, а затем в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Спустя полгода уголовное дело в отношении М. было прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, за М. признано право на реабилитацию. Ссылаясь на причинение ему морального вреда незаконным уголовным преследованием, выразившимся в нравственных и физических страданиях от чувства страха за свою судьбу, лишения возможности вести привычный образ жизни, работать и содержать семью, от переживаний из-за состоянии здоровья беременной супруги, а также потери работы, истец просил взыскать в его пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 2500 000 рублей.

Решением городского суда требования М. удовлетворены частично, с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ в его пользу взыскано 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из конкретных обстоятельств привлечения истца к уголовной ответственности, продолжительности уголовного преследования, которое осуществлялось полтора года, особо тяжкой категории преступления, в котором обвинялся М., времени его содержания под стражей, времени применения к нему подписки о невыезде. Также суд указал, что уголовное преследование лишило М. возможности вести привычный образ жизни, учел характер и степень нравственных страданий истца, выразившихся в беспокойстве за необоснованное привлечение к уголовной ответственности и возможное осуждение за преступление, которого он не совершал.

В ходе апелляционного рассмотрения дела судебная коллегия пришла к выводу о том, что судом при определении размера компенсации морального вреда не были учтены все заслуживающие внимание обстоятельства.

Так, в частности судом не учтено, что поводом для подозрения, а затем обвинения М. в причинении смерти потерпевшего послужило, помимо прочего, противоправное поведение истца – неоднократное и длительной участие в драке, в ходе которой он наносил удары в голову потерпевшего. Это обстоятельство должно было учитываться при определении размера компенсации, однако не нашло своего отражения и оценки в судебном решении.

Кроме того, судебная коллегия указала, что после избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде истец не обращался за разрешением на выезд за пределы своего места жительства, не работал на момент ареста и после освобождения из-под стражи. Подтвержденных сведений о том, что ограничения на передвижение явились причиной невозможности трудоустройства истца суду не представлено. Доводы о состоянии здоровья истца и состоянии здоровья его беременной жены, являющейся родной сестрой погибшего, признаны несостоятельными.

Принимая во внимание, что судом первой инстанции не были учтены вышеуказанные обстоятельства, относящиеся к степени нравственных страданий истца, судебная коллегия снизила размер компенсации морального вреда до 300 000 рублей, полагая эту сумму соразмерной и отвечающей признакам разумности и справедливости (дело №).

Также при рассмотрении дел указанной категории судам при определении субъектного состава лиц, участвующих в деле, необходимо учитывать следующее.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определяет в судебном акте ответчиком Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде.

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

Согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета (государственного внебюджетного фонда Российской Федерации), бюджета субъекта Российской Федерации (территориального государственного внебюджетного фонда), бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

С учетом изложенного выше именно суд определяет надлежащего ответчика по делу и привлекает его к участию в процессе, давая оценку заявленным требованиям истца, при этом участие территориального органа, уполномоченного представлять публично-правовое образование, не является заменой ответчика.

Указанные обстоятельства не были учтены городским судом при рассмотрении дела по иску П. к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о взыскании убытков и компенсации морального вреда, причиненных незаконным привлечением истца к административной ответственности. При этом истец указала в качестве территориального органа ответчика - УМВД России по Псковской области.

В обоснование иска указано, что определением начальника УУП в отношении П. возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 14.1 КоАП РФ, с проведением административного расследования, в рамках которого было изъято свидетельство о регистрации транспортного средства на автомобиль, а также наложен арест на указанное транспортное средство. В дальнейшем тем же должностным лицом в отношении истца составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 14.1 КоАП РФ. Постановлением судьи районного суда производство по делу об административном правонарушении в отношении П. прекращено за отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения. В результате изъятия свидетельства о регистрации транспортного средства и его ареста истец около трех месяцев не могла пользоваться автомобилем, который она арендует за плату, вынуждена была пользоваться услугами такси и общественного транспорта, в связи с чем понесла дополнительные материальные расходы. В связи с указанными обстоятельствами у истца образовалась задолженность по арендной плате по договору аренды автомобиля, которая по вновь заключенному с арендодателем договору была переведена в займ и является для истца убытками, которые подлежат взысканию в ее пользу с ответчика за счет средств соответствующей казны. Кроме того, в результате необоснованного привлечения к административной ответственности истцу были причинены нравственные страдания в виде эмоциональных переживаний, которые она оценила в 100 000 руб. и просила взыскать компенсацию морального вреда в указанном размере с казны Российской Федерации.

Решением городского суда исковые требования П. были удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 10000 рублей, в удовлетворении требований о взыскании убытков, расходов по оплате государственной пошлины отказано.

Кроме того, судом отказано в удовлетворении требований П. к УМВД России по Псковской области.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о размере компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца и об отсутствии правовых оснований для возмещения убытков, заявленных истцом к взысканию, но указал на обоснованность доводов жалобы П. о неправомерном указании в резолютивной части решения на отказ в удовлетворении ее требований к УМВД России по Псковской области.

Как следовало из текста искового заявления, П. обратилась с иском к одному ответчику – Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, указав при этом его территориальный орган – УМВД России по Псковской области. В просительной части иска какие-либо требования к УМВД России по Псковской области ею не заявлялись, равно как и в ходе рассмотрения дела судом по существу.

Таким образом, по настоящему делу надлежащим ответчиком являлось МВД России, как главный распорядитель средств федерального бюджета.

Сведений о привлечении судом УМВД России по Псковской области к участию в деле в качестве соответчика либо третьего лица материалы гражданского дела не содержат.

Должностные лица УМВД России по Псковской области принимали участие в настоящем деле в качестве представителей ответчика – МВД России.

Учитывая отсутствие каких-либо требований истца к УМВД России по Псковской области, судебная коллегия отменила решение суда в части отказа в иске к УМВД России по Псковской области (дело №).

Председатель судебной коллегии

по гражданским делам

Псковского областного суда Е.К. Зайцева